Выборы президента Ирана, прошедшие 28 июня, не выявили победителя – во второй тур, практически с равным количеством голосов, проходят реформист Масуд Пезешкиан и радикальный фундаменталист Саид Джалили. В материале НОМ эксперты анализируют причины такого расклада, а также дают прогнозы на второй тур, который ожидается 5 июля.
Как сообщил представитель избирательного штаба исламской республики Мохсен Эслами в эфире телеканала IRIB, после подсчета 24,5 млн голосов на всех 58,6 тыс. участков Пезешкиан набирает 10,4 млн, представитель духовного лидера Ирана в Высшем совете национальной безопасности республики Джалили – 9,5 млн. Явка на выборах составила 40%, что является самым низким значением в истории исламской республики. Другие кандидаты – спикер парламента Мохаммад Багер Галибафи экс-глава министерств внутренних дел и юстиции Мостафа Пурмохаммади, представлявшие на выборах крыло консерваторов, по итогам первого тура они набрали 3,4 млн и 206 тыс. голосов соответственно.
По мнению старшего научного сотрудника Института востоковедения РАН, профессора Владимира Сажина, итоги голосования 28 июня говорят о том, что гражданское общество в Иране расколото. «Ведь из шести заявленных кандидатов победу одержали двое, причем представители противоположных крыльев политической элиты. С одной стороны, реформист Масуд Пезешкиан, и с другой, радикальный фундаменталист Саид Джалили», – обратил внимание эксперт.
Спикер меджлиса (парламента) Мохаммад Галибаф, занявший третье место, уже заявил, что на выборах 5 июля поддержит Саида Джалили, однако, как считает В. Сажин, едва ли этот фактор будет определяющим в его возможной победе. «Если сложить голоса Галибафа и Джалили, то получается больше 12 млн, то есть теоретически победа обеспечивается. Однако не все так просто, потому что более 60% имеющих право голоса остались дома и не пошли на избирательные участки. А большинство из такой категории избирателей симпатизируют реформаторам, поэтому если они решат прийти на участки, то Пезешкиан точно одержит победу», – уверен эксперт.
Тот факт, что Галибаф, которого прочили в лидеры, занял лишь третье место, добавляет выборам некоторой сенсационности. Таким мнением поделился доцент кафедры сравнительной политологии МГИМО МИД России Владимир Шаповалов. «Итоги первого тура могут показаться в достаточной степени неожиданными. При этом, анализируя их, стоит учитывать несколько факторов. Прежде всего, внеочередной характер выборов, избирательная кампания активно не была. Второй фактор, голоса консерваторов были распылены между тремя кандидатами, в то время как от реформистского крыла был представлен только один кандидат», – объяснил эксперт.
Политолог добавил, что в целом, сложившийся расклад не является чем-то необычным для Ирана. «В последние десятилетия не раз побеждал кандидат от реформистской части политического спектра. Например, Хатами. И именно в его кабинете Пезешкиан был министром здравоохранения около 20 лет назад. Поэтому, в данном случае, речь идёт о цикличности и особенностях иранской политической системы, при которой есть баланс сил, его мы и можем наблюдать», – поделился мнением политолог.
Один из самых низких показателей явки В. Шаповалов объясняет следующими факторами: внеочередной характер выборов, отсутствие ярких кандидатов, которые бы были сопоставимы с персоной трагически ушедшего из жизни Раиси, недостаточный период избирательной кампании. В данном случаев, считает аналитик, фактор неожиданности сыграл свою роль, и кандидаты не смогли в полной мере мобилизовать собственный электорат.
В. Шаповалов прогнозирует, что победа всё же достанется Саиду Джалили. «Скорее всего, он выступит в качестве консолидирующий фигуры для электората двух других кандидатов-консерваторов, которые выборы проиграли, в том числе и Галибафа. Необходимо отметить, что два кандидата, которые сняли свои кандидатуры, также являются консерваторами. Они наверняка призовут своих избирателей проголосовать за Джалили. Пезешкиан – значимая фигура для национальных меньшинств, разномастных коалиций, включающих разные социальные слои населения, чего, на мой взгляд, не будет достаточно для победы», – заметил политолог.
Владимир Сажин предположил, что серьёзный административный ресурс на выборах маловероятен: «Все прекрасно помнят, и в предвыборной кампании об этом напоминали различные СМИ, как в 2009 году на президентских выборах Махмуд Ахмадинежад якобы добился победы с помощью административного ресурса. Тогда в его победе засомневалось большинство иранского населения. Возникли протестные настроения, которые не изжиты до сих пор. Иранские власти не хотят повторения 2009 года, поэтому не думаю, что будут фальсификации во втором туре голосования».
Владимир Шаповалов, в свою очередь, сказал, что говорить об административном ресурсе «не вполне уместно в силу особенностей иранской политической системы»: «Президент Ирана – не является фигурой номер один. И выборы того или иного лица в качестве главы государства не приведут к существенной корректировке политического курса, поскольку верховный лидер Али Хаменеи остаётся в добром здравии и продолжает руководить страной». Тем не менее, уверен эксперт, президент страны обладает широкими полномочиями, и борьба за первенство будет очень серьёзной.
